В. И. Пичета. «Дневниковые записи 1944—1946 гг.» / Л. И. Уткина (сост., предисл., науч. коммент.)
К 75-летию исторического факультета БГУ
В дополнение к отрывку из воспоминаний «Моя жизнь до 1905 года» мы предлагаем читателям белорусского научного ежегодника «Российские и славянские исследования» познакомиться с дневниковыми записями В. И. Пичеты. Их сохранилось очень немного. Сам Владимир Иванович признается, что на регулярное ведение дневника у него просто не хватало времени. Записки велись в основном в последние годы жизни ученого (1944—1946 гг.). Писались они на бумаге в четверть листа, всегда чернилами, всего 32 небольших листочка. Вел Пичета записи нерегулярно, обращаясь к бумаге в те моменты своей жизни, когда, вероятно, он мог доверить свои мысли только ей. Это и тревоги за своих учеников, радость за их первые успешные шаги в науке, надежды, что в жизни у них все получится. Но это и поразительно точные и невообразимо смелые оценки положения в исторической науке, состояния всего советского общества, горестные и вместе с тем оптимистические оценки своего жизненного пути 1. Текст «Дневниковых записей» (как и текст «Воспоминаний») сохранен без какого-либо стилистического вмешательства.
Л. И. Уткина
28 декабря 1944 г.
Я несколько раз собирался писать дневник, но ничего из этого не вышло. У меня не хватало времени на записи. Теперь я сознаю, что «тело» слабеет, а «мысль» еще свежа, и, кончая свою «неудачливую» жизнь, хочется записать последние месяцы своей жизни. Я не боюсь смерти: я давно привык к этой мысли об уходе: не было бы только тех страданий, которые я временами испытываю, а то они отравят последние месяцы моей жизни, полной напряженной работы и постоянного отказа от всего для самого себя. В жизни я совершил много ошибок. В первом «сербском» возбуждении я говорил не то, что думал, а затем испытывал тоску.
Я временами чувствовал упадок духа, и тогда я горько плакал, но я не хотел, чтобы мои слезы видели. Я стыдился своей слабости, но все же плакал. Я всю свою жизнь работал для других, но никогда не жил для себя. Работал я для блага народа в будущем, а теперь продолжаю работать для будущего «социалистического рая», которого никогда не будет. Это демагогический самообман народных масс. Мы все великие молчальники. Нам разрешено петь «аллилуйя» и «осанна», но Боже сохрани сказать правду, сказать то, что говорят втихомолку, когда знают, что никто не донесет. Жизнь в Германии строилась на поклонении «фюреру», а у нас — «вождю». А, в сущности, мы ничего не знаем о кремлевском затворнике, который огорожен плотной стеной от народных масс. Всемогущий вождь не знает [ни] народного горя, ни страданий и слез. Не видел он вырождающихся 16-летних мальчиков, слабых и низкорослых. Вероятно, от «радостной» жизни. Слепота и безумие, поддерживаемые хором воспевал, ибо положение всех этих ничтожеств зависит только от благосклонного взора сидящих за Кремлевской стеной. Впрочем, эти «рассуждения» никому не интересны. В моих словах не найдут чувства любви к родине, а, пожалуй, превратят во врага народа, каким хотели меня сделать «троцкистские» прихвостни.
16 февраля 1945 г.
Сегодня читал доклад в секторе славяноведения на тему «Франция, Россия и польский вопрос (1807—1812)» 2, главу из своей работы. Я передал живо и образно содержание своей главы. Мне хотелось показать молодому поколению, как надо рассматривать эту сложную проблему. Приятно было сознавать, что то, что я писал в 1911 г., оказалось тем же, что я пишу в 1945 году. Прошло 34 года, а мои взгляды на польский вопрос остались неизменными в отношении Польши. А сколько клеветы было пущено в оборот по моему адресу. В 1939 г. проф. К. В. Базилевич 3 осмелился публично объявить меня полонофилом. Ведь эта кличка была в то время чуть ли не «антисоветской». Я дал ему должный ответ и радуюсь, что мое «полонофильство» оправдывается жизнью.
19 февраля 1945 г.
Утром лекция для летчиков дальнего действия. В 12 часов вернулся домой.
23 февраля 1945 г.
Записываю через неделю. Сегодня доклад В. Д. Королюка 4 «Борьба за власть в начале восстания 1863 г. ». Доклад был очень хороший и, если он и дальше будет работать методологически верно, то он станет выдающимся ученым.
Жизнь не стоит: все равно моей работы никто не оценит. Я окружен клеветой таких дряней, как Горбунов, секретарь ЦК ВКП(б) 4, и мерзавца Петровского, выступившего в Киевском университете с подлой речью, полной клеветы. Все же, если я буду жив, я распутаю эту гнусную клевету. Горжусь, что никому не сделал никакой «гадости». Я добродушно вспоминаю о «гадостях» иезуита-униата Савича 6, профессора «куда ветер подует» величайшего беспринципного карьериста Бочкарева. Бог с ними! Сохраним честность. Пусть я не буду иметь ордена, пусть я не буду «лауреатом». Я останусь югославом, герцеговинцем Пичетой. Я несгибающийся. И все же грустно умирать. Я смерти не боюсь: только бы скорее перепечатать мою «Историю Польши» 7. Это будет моя, увы, лебединая песня. Я жил только наукой и ради науки.
27 февраля 1945 г.
На днях мой В. Д. Королюк был болен — был почти при смерти. Не жилец этот одаренный юноша. Не мог пойти к нему. Меня уведомляли его товарищи о здоровье, и я страшно рад, что сегодня он поправился! В. Н. Кондратьева 8 и Г. Э. Санчук 9 осведомляли меня о его здоровье. Сердечно тронул меня Санчук, когда пришел меня поблагодарить после того, как он сдал аспирантский экзамен. Надо все-таки признать, что я много сделал для аспирантов. Хорошо, и я радуюсь этому. Вчера похоронили А. Н. Толстого 10, крупного художника слова, последнего /…/ представителя «стародворянской» культуры. Чудесны его «Хромой барин», «Касатка», «Хождение по мукам».
5 марта 1945 г.
Надо быть честным, объективно-беспристрастным в науке. Скажу только, что я всю жизнь жил «головой», любил науку и отдал все силы науке. Я был бескорыстным тружеником науки. С гордостью оцениваю так самого себя.
26 сентября 1945 г. Узкое
Сегодня чудесный день. На солнце 30 градусов. Весь санаторий на воздухе и радостно вдыхает аромат чудесного воздуха. Я тоже гулял около двух часов. Днем писал статью для «Нового времени». Я не публицист, и писать статьи политико-публицистического характера не умею. С большим удовольствием беседую с Е. В. Тарле. Поражаюсь его памяти и тонкой осведомленности в нашей политической обстановке.
27 сентября 1945 г.
Сегодня кончил рецензию на книгу Н. С. Державина 11 «История Болгарии». Хотя эта рецензия заказана, но она, конечно, не будет напечатана: во-первых, она очень большая (1 п. л.) и, во-вторых, она отрицательная, а почтенных академиков, даже малограмотных, не рекомендуется трогать 12. В книге Н. С. Державина много ложной учености и разного рода схематических утверждений. Везде у него славяне, хотя в 1914 г. он писал совершенно иначе. Если мы фашистские работы называем фальсификацией, то и труд Н. С. Державина с успехом можно отнести к фальшивке. Я стараюсь быть совершенно объективным в своей рецензии, чтобы никто не дерзнул меня обвинить в каком-то личном отношении к этой академической самоуверенности и глупости. На прошлой неделе из «Антифашистского комитета», в котором глава Н. С. Державин, обратились с просьбой написать «Славяноведение в СССР». Четыре года меня не подпускали ни в «Славянский», ни в «Антифашистский» комитеты, и все это благодаря блоку двух «прохвостов» — акад. Державина и белорусского секретаря агитации и пропаганды Т. С. Горбунова. Хотя я сначала дал свое согласие, но затем отказался. Статья должна пойти в американские и английские журналы.
28 сентября 1945 г.
Вчера был в Москве и читал очередную лекцию по истории южных и западных славян. Хотя мне и трудно ездить, но я поступаю правильно, так как иначе бы студенты стали бы относиться с прохладцей к лекциям. Наши молодые ученые не понимают одного — если хочешь, чтобы студенты были дисциплинированными, будь таковым сам, прежде всего. Вчера […], с которым я встречался еще до 1920 г., прислал мне несколько своих архивных изданий, среди которых особую ценность представляют инвентари по Латгалии 13 XVI—XVIII вв. Я немедленно ответил ему благодарственным письмом. Так начинают устанавливаться научные связи. Вчера зашли аспиранты К. И. Козырина 14 и Г. Э. Санчук вместе с Ксенией 15. Проболтали целый вечер.
6 февраля 1946 г.
Сегодня возобновились мои семинары на дому. Был доклад К. П. Козыриной «Павел Йозеф Шафарик» 16. Для аспиранта — доклад прекрасный. При дальнейшей работе мог бы стать диссертацией, но я дам другую тему. Приятно видеть, как за это время выросла Козырина. Отмечу ее хороший литературный язык. Много знаний показала Целовальникова А. Н, но нет у нее организованности труда, и в этом ее несчастье. Опять заговорили о Славянском институте. Нас опередили чехи и наседают поляки. Вышла вчера книга «Советская Книга», в которой напечатана моя рецензия на книгу И. С. Державина «История Болгарии». Я же все-таки напечатал большую рецензию в «Вестнике древней истории» под заглавием «Спорные вопросы истории славян». Моя работа по «Истории Польши» стоит без движения.
16 февраля 1946 г.
С именем Белинского я впервые познакомился в пятом классе в 1894 г., тогда за 25 коп. купил биографию Белинского в издании Павленкова. Не помню, кто был автор этой увлекательной книги, но Белинский стал дорог и близок, хотя мои идеи были смутны и я ничего не проповедовал. Белинский — важный этап в моем духовном развитии от абсолютной догмы к началу критическому в моем миросозерцании. Так мне кажется теперь, оглядываясь на пройденный этап моей жизни.
С Герценом 17 я познакомился позже, через год, и он заронил в мое мировоззрение элементы критицизма. Я все дальше и дальше уходил от абсолютной догмы.
И я с удовольствием перечитываю то, что мне хорошо известно, читаю с удовольствием, ибо мне вспоминалась моя молодость, мое горение, моя неудовлетворенность жизнью, стремление к чему-то для меня новому, неизвестному.
17 февраля 1946 г.
Утром кончаю статью «Русский народ в истории славянских народов». Конец не нравится, но статья вышла большой и, вероятно, конец придется переработать. Сама по себе тема интересная, и я в течение трех дней написал 1 п. лист. Когда кончится вся эта ненужная писанина, я засяду за «Польшу». Сегодня на секторе славяноведения А. А. Никольская 18 читала доклад «Газета “День” и польский вопрос». Я ожидал бурного выступления В. Н. Кондратьевой, поскольку она не переносит окружения С. А. Никитина 19, но на этот раз она молчала, так как доклад был хорош, и по существу ничего нельзя было сказать. Я указал лишь, что надо дополнить, когда дипломная работа будет переработана в диссертацию. Разгорелись споры о реакционности Палацкого 20 и Ригера 21 в 1873 г. (З. Удальцова 22 и Н. Д. Ратнер 23). Думаю, что Палацкий после 1848 г. был скорее реакционером. Его никак нельзя было назвать «Вождем» народа. В 6 часов поехал в Университет марксизма-ленинизма. Я произнес программную речь о задачах кафедры, о ведении практических занятий, об издании источников.
Два дня тому назад моя аспирантка Ратайко 24 читала свой доклад, блестящий по форме. С. А. Никитин хотел стать экзаменатором, но Ратайко сумела дать ответ. Самый доклад нуждается в дополнениях, но если бы она ими занялась, то первая аспирантская работа не была бы к сроку сдана. Ратайко, безусловно, одаренная, должна была бы оставить аспирантуру. Это обстоятельство принудило меня несколько сузить тему.
16 апреля 1946 г.
Сегодня читал лекцию «Борьба славян с немецкой агрессией» в вечерней Высшей партийной школе, и надо признать — плохо.
Литература
Примечания
1Архив РАН. Ф. 1548. Оп. 2. Ед. хр. 21.
2 Пичета В. И. История Польши с древнейших времен до упадка Речи Посполитой. Т. 2 (1795—1863 гг. включительно) // Архив РАН. Ф. 1548. Оп. 1. Ед. хр. 234 (рукопись); Пичета В. И. Международная политика России после Тильзита // Отечественная война и русское общество. Т. 2. С. 1—32.
3 Базилевич Константин Васильевич (1892—1950) — российский историк. Окончил артиллерийское училище в Санкт-Петербурге. Участник Первой мировой войны. В 1922 г окончил Московский университет. Работал в Историческом музее, а с 1930 г. преподавал в московских вузах. Главные работы посвящены социально-экономической истории Русского государства в XV—XVII вв. Принимал участие в составлении учебников и пособий по истории СССР для средней и высшей школы.
4 Королюк Владимир Дорофеевич (род. 1921) — российский историк, доктор исторических наук (1965). Окончил МГУ (1943), заведующий сектором Института славяноведения и балканистики АН СССР (с 1965). Занимался исследованиями формирования восточногерманских и славянских народностей, международных отношений балканских стран, русско-польских отношений. Один из авторов коллективных трудов «История Польши» (1956) и «История Чехословакии» (1959), редактор журнала «Советское славяноведение», ученик В. И. Пичеты.
5 Горбунов Тимофей Сазонович (род. 1904) — советский государственный и партийный деятель. В 1941—1947 гг. — секретарь ЦК КПБ, историк, редактор журнала «Славяне». Работал над историей Белоруссии и белорусской культуры.
6 Савич Александр Антонович (1890—1957) — российский историк, доктор исторических наук (1935), профессор (1926). С 1921 г. преподавал в университетах и пединститутах Минска, Перми, Ярославля и Москвы, работал в Историческом музее и в Институте истории АН СССР. Занимался социально-экономическим развитием России и ее международным положением в XV—XVII вв., развитием общественной мысли и образования в России, Украине и Белоруссии в XVI—XIX вв.
7 Пичета В. И. История Польши // Архив РАН. Ф. 1548. Оп. 1. Ед. хр. 227—337.
8 Кондратьева Вера Николаевна (род. 1908) — историк-славист, работы по новой истории Польши и Югославии. В 1930 г. закончила историко-философский факультет МГУ (до этого училась на этнологическом факультете по циклу южных и западных славян), была в аспирантуре Института славяноведения (Ленинград), с 1944 г. сотрудник сектора славяноведения Институте истории АН СССР.
9 Санчук Генрих Эдуардович (род. 1917) — историк-славист, специалист по истории феодальной Чехии и славяно-германских отношений, кандидат исторических наук с 1950 г. В 1943 г. закончил исторический факультет МГУ по кафедре истории южных и западных славян, в 1943—1947 гг. учился в аспирантуре Института истории АН СССР (сектор славяноведения) у В. И. Пичеты, затем у Б. Д. Грекова. Работал в Институте славяноведения и балканистики АН СССР.
10 Толстой Алексей Николаевич (1883—1945) — русский, советский писатель, академик АН СССР (1939). Писал в различных жанрах, но основная специализация — научная фантастика, исторические повести, публицистика. Трижды награжден Сталинской премией (1941, 1943 и 1946 — посмертно).
11 Державин Николай Севастьянович (1877—1953) — филолог-славист и историк, академик АН СССР (1931), с 1925 г. возглавлял кафедру славянской филологии ЛГУ (в 1931—1937 гг. — Ленинградский ИФЛИ), с 1943 г. — заведующий вновь созданной в МГУ кафедры славянской филологии.
12 Рецензия была напечатана. См.: Пичета В. И. Рец.: Державин Н. С. История Болгарии. Т. 1. М.; Л. 1945. — «Сов. кн.», 1946, № 1. С. 81—86; Пичета В. И. Рец.: Державин Н. С. История Болгарии. Т. 2. М.; Л., 1945. — «Сов. кн.», 1946. № 10—11. С. 70—75.
13 Латгалия — восточный край Латвии.
14 Козырина Капитолина Ивановна — занималась средневековой историей Чехии, научный руководитель З. Р. Неедлы, работала в семинарах аспирантов у В. И. Пичеты.
15 Ксения — дочь В. И. Пичеты.
16 Шафарик Павел Йозеф (1795—1861) — словацкий и чешский славист, деятель национального возрождения. Окончил Йенский университет (1817), преподавал в сербской гимназии (1819—1833), хранитель (1841) и директор (1848) Библиотеки Пражского университета. Оказал влияние на развитие славяноведения в других странах, в том числе и в России.
17 Герцен Александр Иванович (1812—1870) — русский писатель, публицист, философ, революционер. В 1833 г. окончил физико-математическое отделение Московского университета. В 1834 г. был арестован вместе со всеми членами своего кружка. Сослан в Пермь, затем в Вятку. Некоторое время жил во Владимире. В 1840 г. ему разрешили вернуться в Москву, в 1847 г. уезжает навсегда за границу. С 1857 г. в организованной им в Лондоне Вольной русской типографии начал издавать еженедельную газету «Колокол». В 1865 г. вся редакция «Колокола» переехала в Швейцарию.
18 Никольская Анна Алексеевна — в 1945 г. закончила исторический факультет МГУ по кафедре истории южных и западных славян, занималась историей Болгарии, ее научным руководителем был С. А. Никитин, некоторое время занималась в аспирантуре Института истории АН СССР.
19 Никитин Сергей Александрович (1901—1979) — российский ученый, историк-славист, доктор исторических наук (1947), профессор (1947), заслуженный деятель науки РСФСР (1972). В 1922 окончил МГУ. В 1947—1970 гг. работал в Институте славяноведения АН СССР, в 1947—1961 гг. — заведующий кафедрой истории южных и западных славян МГУ. Основные труды посвящены истории зарубежных славянских народов, истории России XIX в.
20 Палацкий Франтишек (1798—1876) — чешский историк и политический деятель. Часто именуется «отцом чешской историографии». Высшее его достижение — «История народа чешского в Чехии и Моравии» в 5 томах. Как историограф принадлежал к романтической традиции. Участник революции 1848—1849 гг. В 1852 г. покинул политику.
21 Ригер Франтишек Ладислав (1818—1903) — чешский политический деятель, журналист, один из лидеров (с 1874 г.) партии старочехов, доктор права, в 1848 г. был избран в Австрийский сейм. Защитник федеративных требований чехов. Организовал издание первой чешской энциклопедии (1859—1874). Основатель газет «Narod» и «Pokrok» (органы старочехов): в 1879—1891 гг. — член парламента, вождь старочешской партии. Писал сочинения по экономическим вопросам.
22 Удальцова Зинаида Владимировна (1918—1987) — российский ученый-историк. Член-корреспондент АН СССР (1976). Вице-президент Международной ассоциации византинистов (1976). После окончания МГУ (1946) — научный сотрудник сектора славяноведения, заведующий сектором Византии Института истории АН СССР. С 1968 г. — профессор МГУ. Основные труды посвящены истории Византии.
23 Ратнер Надежда Давидовна (род. 1916) — историк-славист, специалист по новой истории Чехословакии. В 1945—1948 гг. обучалась в аспирантуре Института истории АН СССР, занималась в аспирантских семинарах В. И. Пичеты. Работала в Институте славяноведения и балканистики АН СССР.
24 Ратайко Е. П. — закончила в 1945 г. исторический факультет МГУ по кафедре истории южных и западных славян, ее научным руководителем был В. И. Пичета. Работала в его аспирантском семинаре в Институте истории АН СССР. Дальнейшая судьба неизвестна.
